Телефон отеля:
Адрес: Санкт-Петербург,
Невский проспект, дом 32-34 лит. А

Пушкин и ручевский фрак

Пушкин и ручевский фрак

Воистину, тема «Пушкин и Невский» - более чем неисчерпаема! Ведь уже в пушкинские времена Невский проспект был признанным центром Санкт-Петербурга: и общественным, и торговым, и литературным, и каким угодно. Само собой, во многих местах Невского Александр Сергеевич бывал неоднократно, и самолично, и «посредством» своих героев:

«...К Talon помчался: он уверен

Что там уж ждет его Каверин.

Вошел: и пробка в потолок...»

Уж конечно, о посещении Евгением Онегиным одного из самых знаменитых ресторанов Talon на Невском, 15 Солнце Русской поэзии писал не с чужих слов! Тем более,  что лихой гусар и не менее лихой гуляка Пётр Каверин – его добрый приятель еще с Царскосельских времен.

Но сегодня мы – не о кулинарии, а о моде. Да, именно о ней. И завязкой для этой небольшой истории станет прекрасный портрет кисти Бориса Кустодиева – «Пушкин на берегу Невы».

Пушкин и ручевский фрак

Несмотря на очевидно прохладную погоду, столь свойственную Санкт-Петербургу, даже урожденный москвич Пушкин чувствует себя весьма комфортно. Наверняка благодаря отличному плащу, который мы обычно называем «крылатка», но его исконное название – «Альмавива». И можно даже с уверенностью сказать, кто сию «Альмавиву» пошил, и где именно Александр Сергеевич ее приобрел!

Пошил ее знаменитый петербургский портной Конрад Руч. Первый адрес его мастерской – Невский проспект, 8, дом, который сегодня называется «Дом Перкина – Дом Сафоновых». Но, скорее всего, Пушкин обшивался у Руча уже напротив, в доме №9, куда маэстро-златошвей переехал по мере роста своей популярности. Далеко переезжать смысла не было: начальный участок Невского уже тогда являлся своеобразным «портняжным кластером».

Так вот: моду на плащ, названный по имени одного из персонажей «Севильского цирюльника», в российской столице ввёл именно Конрад Руч. Проявив себя при этом не только как прекрасный портной, но и как незаурядный специалист по рекламе и, можно даже сказать, по агрессивному в хорошем смысле маркетингу.

Точнее сказать, Руч активно продвигал на рынок сразу две новых для России модели: собственно «альмавиву», а также «каррик», длиннополое пальто с  большим воротником. Наверняка и «каррик» имелся в гардеробе Пушкина, просто благодаря портрету Кустодиева вся слава досталась «альмавиве».

Происходило же продвижение актуальных фасонов следующим образом. Смекалистый «хитрый портняжка» пригласил двух братьев-близнецов весьма высокого роста, одного из них нарядил в роскошную альмавиву, а второго в не менее роскошный каррик, и в таком виде отправил фланировать по Невскому, причем один из братьев для еще большего эффекта восседал на статном английском скакуне. Да, «рекламные люди» в диковинных костюмах – это не в наше время придумали, это весьма старинное изобретение! В пути братья обменивались фразами на языке, который считали французским, поскольку оба были русскими, и при этом самого простого происхождения – но это как раз еще больше привлекало внимание почтеннейшей публики. Которой только и оставалось, что выказать живейший интерес – и тут же получить «флаер» с приглашением немедля посетить мастерскую уважаемого Конрада Руча, и вуаля! Товар – деньги – товар, как видим, и Александр Сергеевич оказался вполне себе «целевой аудиторией» талантливо проведенной промо-акции!

Это можно утверждать совершенно точно: и на Черную речку Пушкин отправился в сюртуке от Руча. И остался ему еще должен 405 рублей: не самый, конечно, крупный его долг, но тем не менее...

Еще больше задолжал Пушкин в Английском магазине совсем рядом с мастерской Руча, но сейчас не о деньгах. Возможно, в этом самом магазине он видел совсем маленькую тогда падчерицу управляющего, по имени Лавиния. Пройдет положенный срок – и история побега жгучей красавицы Лавинии Жадимировской с Сергеем Трубецким всколыхнет весь Петербург, а много лет спустя ляжет в основу романа Окуджавы «Путешествие дилетантов». Но это, конечно, уже тема для следующей истории.

Ручу же еще раз удастся попасть в историю Русской Литературы, правда, с помощью не Пушкина, но Николая Васильевича Гоголя и его «Записок сумасшедшего». «...Дай-ка мне ручевский фрак, сшитый по моде, да повяжи я себе такой же, как ты, галстук, - тебе тогда не стать мне и в подметки. Достатков нет – вот беда...» Но это, конечно, тоже другая история. Зато теперь вы точно знаете, что такое «ручевский фрак», и где он точно был сшит!

Пушкин и ручевский фрак

Невский проспект – удивительные истории на каждом шагу.

Хотите послушать следующие? Встречаемся там же, в отеле Catherine Art Hotel на Невском проспекте, 32-34!